Финансовый управляющий требовала отменить сделку с единственной квартирой должника. Нижестоящие суды признали право управляющего на это, но Верховный суд отменил решения нижестоящих судов и напомнил о правилах применения исполнительского иммунитета.

В октябре 2023 года суд признал Галину Сухомлинову банкротом и перешел к реализации ее имущества (дело № А41-78725/2023). Через три дня она, ее сын и муж заняли у Светланы Букаревой 1,3 млн руб. В качестве обеспечения Сухомлиновы передали в залог свою единственную квартиру в Серпухове, в которой каждому из них принадлежат по трети доли. Финансовый управляющий Ульяна Кузовлева, ссылаясь на запрет распоряжения имуществом без ее согласия, решила оспорить эту сделку. Три инстанции поддержали ее частично и признали сделку недействительной только в отношении доли банкрота. Суды пояснили: пока не установлено иное, все имущество должника входит в конкурсную массу, а значит, на него распространяются установленные законом ограничения. Аргумент займодавца о том, что квартира Сухомлиновых подходит под критерии единственного жилья и доля должника по закону исключается из конкурсной массы, суды не приняли, отметив, что в процессе этот вопрос еще не исследовали.

В Верховном суде Букарева настаивала на отмене решения. Она заявляла, что управляющий вправе совершать от имени должника только сделки в отношении включенного в конкурсную массу имущества. Так как спорная квартира у семьи единственная и защищена иммунитетом, то управляющий не вправе ограничивать распоряжение ей. По итогам рассмотрения дела экономколлегия отменила решения судов и отказала управляющему в удовлетворении иска.

Суд указал, что в соответствии с Постановлением Пленума Верховного суда от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», вопрос об исполнительском иммунитете решается финансовым управляющим самостоятельно, во внесудебном порядке. Суд вмешивается в процесс, только если есть разногласия между должником и управляющим. В отчете Кузовлевой видно, что иного имущества у должника нет и квартира определена как единственное жилье. Значит, управляющий заведомо знала об иммунитете на долю Сухомлиновой и о том, что сделку по распоряжению квартирой нельзя признать ничтожной.