Конституционный Суд неизменно подтверждает особый статус арбитражного управляющего при привлечении его к ответственности.

В определении Конституционного Суда РФ от 29.11.2024 № 3270-О в очередной раз рассматривались вопросы конституционности норм о привлечении арбитражных управляющих к административной ответственности, о возбуждении дел об административном правонарушении, а также о составлении протоколов об административном правонарушении.

Суть дела

Управление Росреестра обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении к административной ответственности финансового управляющего, которая не привлекла для проведения торгов указанного залоговым кредитором организатора, провела торги по продаже залогового имущества на электронной площадке, не согласованной с залоговым кредитором, указала в своем отчете недостоверные сведения о статусе имущества должника и не включила в ЕФРСБ информацию о результатах проведения торгов залогового имущества, которые были признаны несостоявшимися.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения вышестоящими арбитражными судами, финансовый управляющий была признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 КоАП Российской Федерации, и ей было назначено административное наказание в виде предупреждения. Суды пришли к выводу о том, что заявительницей были допущены указанные нарушения требований законодательства о несостоятельности (банкротстве).

Суды указали, что финансовый управляющий не обращалась с заявлением о разрешении разногласий по вопросам о порядке и об условиях проведения торгов с кредитором, требования которого обеспечены залогом.

 Отклоняя доводы финансового управляющего о том, что допущенная техническая ошибка при размещении торгов была устранена, учтен статус залогового имущества, сведения о результатах торгов включены в ЕФРСБ, а лицам, участвующим в деле о банкротстве, вред не причинен, суды отметили, что торги залоговым имуществом с указанными нарушениями проведены неоднократно, учет статуса данного имущества в ходе проведения торгов не освобождает от исполнения обязанности финансового управляющего отражать в отчетах о своей деятельности актуальную и достоверную информацию о ходе процедуры банкротства должника.

Суды также указали, что состав вменяемого заявительнице правонарушения является формальным, а потому отсутствие причинения вреда правам и законным интересам участников дела о банкротстве, а также принятие мер по устранению нарушения, не свидетельствуют об отсутствии события административного правонарушения.

Исключительных оснований для признания совершенного финансовым управляющим административного правонарушения малозначительным судами не установлено.

Кассационная жалоба была возвращена финансовому управляющему Верховным Судом.

Финансовый управляющий обратилась с жалобой в Конституционный Суд Российской Федерации, в которой оспаривает конституционность частей 3 и 3.1 статьи 14.13 "Неправомерные действия при банкротстве”, частей 1 и 1.1 статьи 28.1 "Возбуждение дела об административном правонарушении” и пункта 10 части 2 статьи 28.3 "Должностные лица, уполномоченные составлять протоколы об административных правонарушениях” КоАП Российской Федерации. Финансовый управляющий в своей жалобе утверждает, что указанные нормы права не соответствуют статьям 15 (часть 2), 34 (часть 1), 37 и 55 (часть 3) Конституции РФ, поскольку создают условия для произвольного привлечения арбитражных управляющих к административной ответственности, в том числе за незначительные нарушения законодательства о несостоятельности (банкротстве).

Позиция Конституционного Суда

Конституционный Суд не нашел оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.

Отмечая, что положения статьи 14.13 КоАП РФ допускают возможность привлечения арбитражного управляющего только за неисполнение обязанностей, предусмотренных законодательством о несостоятельности (банкротстве), Конституционный Суд, указал, что особый публично-правовой статус арбитражных управляющих, предполагающий наделение их публичными функциями, обусловливает право законодателя предъявлять к ним специальные требования, относить арбитражных управляющих к категории должностных лиц (примечание к статье 2.4 КоАП РФ) и вводить повышенные меры административной ответственности за совершенные ими правонарушения.

Часть 31 статьи 14.13 КоАП РФ на предмет соответствия Конституции РФ не проверялась, так как к финансовому управляющему она не применялась.

Касательно применения во взаимосвязи положения частей 1 и 11 статьи 28.1 и пункта 10 части 2 статьи 28.3 КоАП РФ, Конституционный Суд РФ установил, что указанные нормы также не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявительницы, учитывая, что в ее конкретном деле обстоятельства, установленные по результатам административного расследования, получили подтверждение в арбитражном суде в ходе рассмотрения заявления уполномоченного органа о привлечении финансового управляющего к административной ответственности.